Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Французский реаниматолог о загадке коронавируса, опасной маске и неуловимых «бессимптомниках»

5 сентября 2020
2 095

Поскольку число зараженных COVID-19 в последние недели во Франции стремительно растет, в Париже, его пригородах и в других больших городах введено обязательное ношение масок повсюду – даже на улицах. В стране, видимо, начинается вторая волна пандемии. Однако длительная самоизоляция оказалась излишней, и через несколько месяцев коронавирус может превратиться в обычный насморк. Об этом в интервью «Известиям» рассказал глава отделения скорой помощи больницы Антуан Беклер в парижском пригороде Кламар Марк Андроников.

– Чем вы объясняете резкое увеличение заболеваемости COVID-19 во Франции? Возвращением из отпуска? Мутацией вируса? Французы устали соблюдать защитные меры?

– Прежде всего тем, что сейчас гораздо больше тестируют население. Если бы его начали в ноябре-декабре прошлого года, то гораздо быстрее нашли вирус, который уже тогда был на подъеме. После каникул французы возвращаются домой, активно общаются. Сейчас число новых инфицированных превышает 5–7 тыс. в день, однако носители вируса и прежде всего молодежь необязательно болеют. Многие из них даже и не подозревают, что заражены.

– Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию во Франции? Каковы успехи и неудачи в борьбе с пандемией?

– К успехам можно отнести то, что теперь лечение вируса проходит гораздо быстрее и многократно сократилось число смертных случаев. Правда, пройти тестирование во Франции довольно сложно. Нужно много времени. Не каждая лаборатория оснащена необходимым оборудованием. Самой большой ошибкой я бы назвал очень длительную самоизоляцию, которая оказалась настоящей катастрофой. Это относится не только к Франции, но и ко всему миру.

123

Фото: из личного архива Марка Андроникова

– Разве такой карантин не помог сдержать распространение эпидемии?

– Уверен на 100%, что он оказался ненужным.

– Есть ли у COVID-19 своя специфика во Франции?

– В целом вирус повсюду идентичен, хотя и есть определенные различия. Этим, вероятно, объясняется высокая смертность в одних странах и низкая в других. Возможно, это связано с определенными мутациями COVID-19. До сих пор полной ясности нет.

– Появились ли какие-то новации в борьбе с пандемией? Вирус по-прежнему остается загадкой?

– В плане лечения мы делаем всё то же самое, что и полгода назад. В марте много больных поступали в реанимацию и там умирали. Теперь мы выявляем вирус гораздо раньше, сразу начинаем лечить. Это помогает – больные гораздо успешнее справляются с заразой. Сейчас подавляющее большинство людей с позитивным тестом отправляются домой на самоизоляцию. Новых методов лечения, по сути, не появилось, главным остается кислород.

– Несмотря на новую вспышку коронавируса, министр здравоохранения Оливье Веран исключает полное возвращение к карантину. А если положение резко ухудшится?

– Как я уже сказал, самоизоляция, на мой взгляд, была ошибкой, которую власти осознали и решили не повторять. Поэтому они требуют, чтобы все носили маски. Лучше их носить и работать, чем не носить и сидеть дома. С экономической точки зрения последствия COVID-19 очень тяжелые. И в житейском плане тоже. Все охвачены страхом и беспокойством.

– В последнее время коронавирус заметно «помолодел». Сегодня во Франции заражены в четыре раза больше людей до 40 лет, чем 60+. С чем это связано?

– Скорее всего, молодые были носителями вируса, но их не тестировали. Теперь пожилые лучше сопротивляются. Я не исключаю, что COVID-19 либо исчезнет, либо станет обычным вирусом, какие были в прошлом.

– Не придется ли осенью вести борьбу как минимум на двух фронтах – против COVID-19 и надвигающегося сезонного гриппа?

– В ноябре-декабре начнется ежегодная эпидемия гриппа, которая будет проходить на фоне коронавируса. Можно предположить, что тем временем COVID-19 пойдет на спад или даже прекратится. Так или иначе, не думаю, что нашему организму придется бороться одновременно с двумя эпидемиями. То есть французы будут болеть гриппом, а коронавирус уйдет на задний план. Поэтому я в целом настроен скорее оптимистически.

– Некоторые ученые считают, что вирус претерпел мутацию, стал одновременно более заразным, но менее опасным. Ваше мнение?

– Именно это я и мои коллеги наблюдаем при лечении больных. Сейчас каждый день в нашей больнице ежедневно тестируют около 50 человек, из которых один оказывается инфицированным. В самой больнице лежат всего двое, один в реанимации. Тогда как в разгар эпидемии их было 100. То есть сегодня совершенно другой масштаб.

Французский реаниматолог о загадке коронавируса, опасной маске и неуловимых «бессимптомниках»

– Во Франции примерно половина инфицированных – «бессимптомники», которые продолжают заражать окружающих?

– Заражают, поэтому необходимо выявить инфицированных, их окружение и всех изолировать. Тестирование максимального количества людей – один из самых эффективных путей борьбы с эпидемией. Напомню, что COVID-19 относится к той же разновидности вирусов, которая вызывает насморк. Вполне возможно, что через несколько месяцев страшный коронавирус превратится в обычный насморк.

– От насморка, кажется, никто не умирает?

– Ошибаетесь. Как правило, всё заканчивается благополучно, но иногда насморк вызывает серьезные проблемы дыхания, и человек оказывается в реанимации.

– То есть и насморк надо лечить?

– В подавляющем большинстве случаев все-таки не стоит, потому что мы пока не знаем, как это делать эффективно – точно так же, как не знаем, как лечить коронавирус.

– Маски и антисептики по-прежнему остаются главным средством борьбы с распространением эпидемии?

– Их эффективность давно доказана. Ничего больше для защиты от пандемии на сегодняшний день нет.

– Специалисты утверждают, что маской надо уметь пользоваться – в частности, правильно снимать и надевать. Иначе она может быть опасной. Другие специалисты вообще считают ее бесполезной – при соблюдении социального дистанцирования. Так ли это?

– Она необходима, потому что дистанцирование в полтора метра часто соблюдать невозможно. Кроме того, маску на лице не надо трогать руками, хотя все – и я сам – делают это непроизвольно. Нельзя снимать маску, выйдя из магазина, а потом через какое-то время снова надевать ту же самую. В таком случае, если на ней есть вирус, он непременно окажется на ваших руках. Использованную маску надо выбросить и надеть новую.

– В Париже и в других городах ношение масок теперь обязательно не только в школах, офисах, на предприятиях, заводах, в общественном транспорте, но и на улице.

– Всё это во многом связано с политикой. Властям надо демонстрировать свою озабоченность, развивать бурную деятельность, что-то придумывать. Так или иначе, лучше постоянно носить маску, чем обрекать себя на карантин.

Французский реаниматолог о загадке коронавируса, опасной маске и неуловимых «бессимптомниках»

– Некоторые вирусологи полагают, что очередная антигриппозная вакцинация – ее начнут в октябре – уменьшит опасность второй волны пандемии. Вы разделяете эту точку зрения?

– Поскольку вирус, с моей точки зрения, идет на убыль, число заболеваний уменьшится. Поэтому многие решат, что это произошло благодаря антигриппозной прививке. Что же касается ее эффективности, то французам из года в год объясняют: «На сей раз, к сожалению, вакцина не очень помогла, но в будущем сезоне непременно поможет».

– Если верить прогнозам ВОЗ, COVID-19 в лучшем случае удастся победить в течение двух лет, а его последствия будут ощущаться в течение десятилетия. Важнее вакцина, которая предохраняет, или лекарство, которое лечит?

– Трудный вопрос. Лучше всего предохраняться. Другое дело – сможет ли вакцина помочь. Я совсем не уверен. Если вирус будет мутировать, этого добиться сложно. Что же касается лекарства, пока нет ничего эффективного. Французский профессор Дидье Раульт убежден, что хлорохин очень помогает, другие специалисты утверждают противоположное.

– Знаменитая актриса Милен Демонжо недавно рассказывала «Известиям», что ее спас от неминуемой смерти именно рецепт Дидье Раульта – хлорохин вкупе с антибиотиками.

– Насчет эффективности не знаю, но хлорохин, даже если не поможет, не причинит никакого вреда. В таком случае почему бы не попробовать? Скандал вспыхнул после того, как в британском журнале «Лансет» опубликовали статью против хлорохина, в которой всё оказалось ложью. Как ни странно, в медицинском сообществе идет такая же острая борьба, как и в политике. Многие ученые и врачи работают на различные фармакологические компании и служат их интересам. Это, конечно, неэтично, но таковы реалии.

Справка «Известий»

Марк Андроников – известный французский врач-реаниматолог. Глава ассоциации «Русские больницы во Франции». Участник Движения за поместное православие русской традиции в Западной Европе. Священник Трехсвятительского собора в Париже Московской патриархии. Грузинский князь, автор многих научных и исторических трудов.

Поделиться: